8 сентября 1941 года в воспоминаниях и документах

Ну вот началось. Тревога за тревогой. Кончилась мирная жизнь. Грохотают зенитки. Огенной чертой бороздят небо ракеты, прожетора. Опасность где-то близко, совсем близко. (Ивлева)

Наш эшелон стоял на запасных путях около Международного проспекта. Вдруг загудели сирены, паровозные и заводские гудки: "Воздушная тревога". Все выбежали из вагонов и бросились на землю. Загрохотали зенитки, стало жутко. А в небе мы увидели фашисткие самолёты. Первый строй (10-12 самолётов), пролетел над нами. Показался второй строй (тоже 10-12 самолётов)... И тут началось... От самолётов полетели вниз какие-то чёрные предметы (это оказались зажигательные бомбы). Наташе показалось, что это "Ласточки".<...> Но все эти "ласточки" стали расти, десятками падать на землю, шипя, разбрызгивая фосфорические искры, взрываться. Все вокруг запылало: горели мусор, бараки, сараи. Люди бегали и тушили "зажигалки" землёй — кто с лопатой, кто с доской, а кто и просто горстями. Около бараков бегали, кричали, плакали. Над городом стояло зарево, висел чёрный дым (Соколова)

 

...были серьёзные налёты. Были бомбы, разрушенные дома, пожары и жертвы. Дом на Старо-Невском разрушен, идут раскопки, упал сбитый самолёт в районе 10-й Советской улицы, упала, но не разорвалась бомба на Сенной площади возле церкви. Где-то в районе Витебского вокзала — пожар. 

В 7 часов вечера была ужасающая стрельба зениток, казалось, что снаряды рвутся над самым нашим домом, затем были отлалённые глухие выстрелы. То же было и ночью. Я встал с постели, потушил свет и стал смотреть в окно. Ясная лунная ночь, иногда видны были вспышки рарывающихся снарядов, прожектора шарили по небу, и луна светила во все лопатки. Четыре раза слышал шум самолётов немецких (он не такой, как у наших), и тогда снова поднималась стрельба.  Слышал разрывы сбрасываемых бомб. Но спокойствия не потерял нисколько, только какая-то нервная напряжённость чувствовалась. Затем снова улёгся и стал читать. Квартира абсолютно пустая. Соседи ушли в газоубежище. 

Тревоги снова и снова. В 10 часов вечера — уже десятая по счёту. Сильная стрельба, в небе вспышки не то разрывов, не то сигнальные огни красного цвета, не то ракеты. Слышен гул самолётов — не наших, через некоторое время — зенитки и, по-видимому взрывы бомб, несколько. 

Стихло. 10 часов 35 минут. По официальным приблизительным подсчётам сбито 5 немецких самолётов. Жаль — мало. Говорят, на Московской товарной был пожар на в складах сахара и подсолнечного масла. Ну, и довольно об этом, если не будет чего-либо экстраординарного. (Кулябко)

Нахожусь на командном пункте МПВО Нарвского района. Разрывы и падения бомб потрясают всё здание. Сообщают о большом количестве пострадавших. Даю приказания о выезде медико-санитарных команд и дружин. Выхожу в очаг сам. Ушаковская улица. На улице сплошной шквал огня. Вспышки от выстрелов зенитных орудий, продолжающихся падений и разрывов бомб. Режущий холлодящий звук падающей бомбы. Впечатление, что они падают на тебя. Дважды падаю на землю. Встаю и иду дальше. Очаг. Какой дикий ужас! Разрушенный дом. Стоны и крики умирающих, изуродованные трупы. Бледный свет луны падает на них. Старики и дети. Мужчины и женщины. Оторванные ноги, разбитые черепа, разбросанные в разные стороны внутренности. А бойцы МПВО продолжают всё выносить. Вот уже десять, двенадцать, пятнадцать. Из-под обвалившегося дома крики продолжаются, тол утихая, то вновь возрастая с ещё большей силой. (Назимов).

 

Проблемы с продовольствием в Ленинграде возникли уже в первые дни войны. Первое снижение норм распределения в Ленинграде произошло ещё до полной блокады города.
С 2 сентября рабочим выдавали по 600 г хлеба, служащим - 400 г, иждивенцам и детям — по 300 г. Сокращение продажи хлеба было сравнительно безболезненным. После проведения 6 и 7 сентября 1941 года детального учёта продуктов питания и сырья для производства в гражданских и военных организациях выяснилось: хлеба, зерна, муки и сахара в городе по действующим нормам хватит на 35 суток, крупы и макаро, включая муку, выделенную на производство макарон на 30, мяса и мясопродуктов (включая живой скот в переводе на мясо) — на 33, жиров — на 45, сахара и кондитерских изделий  — на 60 суток. Для мирного времени резерв вполне достаточный, но в условиях, когда традиционные пути подвоза находились в руках противника, а водный путь по Ладожскому озеру ещё только осваивался, запасов было катастрофически мало.

Комментарии
Отзывов еще никто не оставлял
Товары, упомянутые в статье
В наличии
Предзаказ
1800 руб
1945: Год великой победы
В наличии
Подробнее Выбрать
Обратный звонок
Запрос успешно отправлен!
Имя *
Телефон *
Предзаказ
Предзаказ успешно отправлен!
Имя *
Телефон *
Добавить в корзину
Перейти в корзину